— Понял, Коля, понял. Давай-ка через минут двадцать в баре внизу. Понял?! — он положил трубку и выключил телевизор.

Он понимал, что и так-то телевизор не смотрел, а теперь вообще смотреть не будет. Его, вдруг поразило новое знание. Для него всегда все то, что было в телевизоре, существовало как то, что существует за окном, будь то новости или кино. Все там существовало само по себе, и там для него не было ничего, что касалось бы его жизни. Там для него не было людей. А теперь там был самый важный для него человек. Там была она.

Николай Николаевич пришел в бар с небольшим опозданием, он был весёлый и гладко выбритый. А Игорь Семенович уже принял решение и все обдумал.

— Значит так, Коля, — сказал Игорь Семенович после очень короткого приветствия. — Я сейчас поеду, и сам доделаю все дела. А ты поменяй билеты на пятницу и продли гостиницу.

— Семеныч, что-то случилось?!

— Ничего не случилось. Так надо.

— И я тоже остаюсь?

— И ты тоже остаешься. Значит, всё это сделаешь и позвонишь в Пермь, скажешь, что все нормально, но мы задерживаемся на пару дней. Совещание перенеси на понедельник. Все остальные вопросы по телефону. Только скажи, чтобы из-за всякой ерунды не звонили. И моим позвони. Предупреди моих.

— Семеныч, мне домой надо, у меня завтра…

— Не ной, Коля! — резко оборвал его Игорь Семенович. — Ничего у тебя дома не случится. Ты мне нужен здесь. Все сделаешь, и мне позвонишь, доложишь. Потом отдыхай, встретимся вечером. Поужинаем где-нибудь.

Собственно, никаких серьезных дел у них в Москве уже не было. Нужно было еще раз коротко встретиться с заказчиками, чтобы дообсудить детали. И ещё, пользуясь случаем, нужно было заехать в пару мест. Так что, Игорь Семенович, не торопясь, пошел к выходу из гостиницы, а Николай Николаевич пошел к администратору, хлопотать о продлении гостиницы.

— Семеныч! — уже у самого выхода услышал Игорь Семенович. Николай Николаевич бежал к нему с каким-то журналом в руках. — Вот, Семеныч, на стойке администратора лежат журналы, я смотрю, и вот, пожалуйста!